|
|
Плодожорка съела грант
Кто и как раскалывает протестное движение в Ставрополе
Наверное, одним из самых значительных событий в жизни краевого центра последних лет стала массовая акция протеста на Крепостной горе весной 2006 года. Участники Протестного комитета организовали бессрочный пикет против беззаконных действий городских властей, направо и налево раздававших бизнес-структурам земельные участки.
Горожане, молодые и пожилые, вчитывались в плакаты, решительно расписывались под требованием отставки мэра. Они понимали: так дальше жить нельзя!
Они с гордостью обнаруживали в себе нежелание смиренно терпеть. Их объединяло приобщение к Знаку действия. Акция на Крепостной горе в глазах ставропольцев стала символом возвращения утраченного гражданского достоинства.
Дух праведного несогласия, разлитый по улицам и скверам, материализовался в потенциал сопротивления. Из множества сбивавшихся в толпу несхожих лиц проступало одухотворенное Лицо гражданского общества.
Прошло время. Несмотря на то, что правозащитники доказали свою правоту и посрамили противостоящих им городских чиновников, аура Протестного комитета как-то померкла. Не раз я слышал одно и то же: куда все делось? Куда исчез авторитет Протестного комитета?
Ответ подсказал слушок, который стелился по Ставрополю: Протестный комитет раскололся. Правдоборцы перегрызлись. Как и номенклатурщики, делят власть, влияние. Да и так ли уж они принципиальны и честны? Все это разочаровывало людей.
Что здесь правда, а что домысел? Попробуем разобраться.
В конце января этого года Промышленный суд Ставрополя рассмотрел иск Любови Черновой, Татьяны Никитушкиной, Людмилы Михайловой и других учредителей Протестного комитета к Анне Федотовой.
Кто следит за политической жизнью города, слышал имена истцов. Они активные участники всех гражданских акций, которые привлекали внимание общественности. При их участии отменены десятки незаконных решений городской власти, остановлены незаконные стройки. Есть их заслуга и в том, что прекращена вырубка деревьев в лесу в районе автосалона «Порше».
Два года они стойко противостояли – вместе с Игорем Маркеловым, Александром Межениным, Артемом Фатеевым - против вопиющего беззакония на Успенском кладбище. Собирали подписи под требованием отозвать из Общественной палаты РФ архиепископа Ставропольского и Владикавказского Феофана, который одобрил кощунственное разорение могил. И не впустую: котлован уже засыпают.
А кто такая Анна Федотова? И почему с ней судятся вовсе не склочные по своей натуре люди?
Два года назад Анна Андреевна, вдохновленная не совсем благой идеей, состряпала документы о якобы состоявшейся конференции Протестного комитета. Слепила протоколы, выписки и зарегистрировала в Регистрационной палате. После чего стала председателем… Протестного комитета.
Вместе с печатью и фирменными бланками ей досталась и чековая книжка: на счете организации залежались 68 тысяч рублей. Откуда у бедных энтузиастов такие накопления? Деньги - часть суммы президентского гранта, который ставропольские активисты выиграли три года назад. Забегая вперед, скажу: от этих 68 тысяч на сегодня не осталось ничего, и куда они были израсходованы, «председатель» вразумительно объяснить не смогла.
Чернова, Никитушкина и другие учредители Протестного комитета о конференции, на которую их, естественно, никто не пригласил, узнали уже после всего случившегося. Хотя в списках делегатов они числились и даже свои росписи «оставили».
Как позже выяснилось, никакой конференции, в которой якобы приняли участие аж 119 человек, не было. А подписи участников, представленные в Регистрационную палату, как выяснилось, сплошь липовые.
Некоторые «делегаты», опрошенные милицией, не только ни в каком собрании не участвовали, но даже о самом Протестном комитете ничего не слыхивали.
Самое подходящее словосочетание для объяснения случившегося – рейдерский захват. Не стоит удивляться. Прибирают к рукам не только нефтяные компании да бывшие колхозы с тучными черноземами. Случается, тяжелый лихой глаз ложится и на общественную организацию.
Чей глаз?
Все знают, что Протестный комитет допек городскую администрацию и отдельных зарвавшихся бизнесменов. Что получается? Застройщик полюбовно договорился с чиновниками. Хищным глазомером высмотрел «свои» квадратные метры. За все «уплочено». А тут как черт из табакерки выскакивают эти интеллигенты пенсионеры-активисты с плакатами и жалобами.
Вряд ли мы когда-нибудь узнаем, кто придумал запустить «казачка» в ряды протестников. Можно лишь строить гипотезы вместе с протестниками. Например, новый «председатель» несколько раз засветилась в компании с известным бизнесменом, близким к городской администрации, Ф. Исламовым.
Любовь Ивановна Чернова припомнила, что после «переворота» она получила предложение начать «конструктивное сотрудничество с застройщиками». За это ей посулили более чем приличную «зарплату». Заманчивые предложения она с негодованием отвергла, а в прокуратуру отправила заявление с требованием привлечь рейдеров к ответу.
Однако цель - дискредитировать Протестный комитет - частично была достигнута. Слух о расколе сделал свое дело. Слух - он тем и силен, что летуч и неосязаем. Кто говорит? Все говорят! Люди порой не без удовольствия выслушают любую гадость о том, кем еще вчера восхищались. У некоторых не укладывается в голове, что кто-то может что-то делать без корысти. И этот слух - как алиби собственной неподъемности. «Эх, перевелись честные люди. Все бесполезно…»
Суд перевернул эту неприятную страницу. Мошенники посрамлены и наказаны – уже хорошо. Федотовой, кстати, присуждено вернуть в кассу организации 68 тысяч рублей. Но если бы все дело было только в том, чтобы уличить нечистоплотных людей, я, наверное, не брался бы за перо.
У этой истории есть еще один, более драматический сюжет. Процесс изгнания самозванцев растянулся на полтора года. За это время правоохранители Ленинского РОВД восемь(!) раз отказывали в возбуждении уголовного дела в отношении А. Федотовой.
Уже суд выяснил, что мошенничество имело место, пост председателя организации, печать и денежные средства нагло присвоены, а милиция как блины пекла отказы.
Прокуратура района отменяла их, а дознаватели с упорством, достойным лучшего применения, стояли на своем.
Словно крутили поломанную шарманку, которую заело на одном месте: отказы, подписанные разными людьми, буква в букву воспроизводили невнятицы: «…так как с объективной стороны данное преступление совершается с прямым умыслом, осознает общественную опасность изготовление подложного документа…»
Кто «осознает общественную опасность»? Преступление? Или изготовление подложного документа? Милиционер может не быть выпускником филологического факультета. Но излагать свои мысли по-русски обязан.
Итак, правоохранители стеной поднялись против привлечения к ответственности Федотовой. Удивит ли нас после этого, что нелегкая занесла в список участников «конференции» и двух… сотрудников органов внутренних дел – Ю. Черникову и А. Черникова? По совместительству дочь и зятя А. Федотовой.
Представители Министерства юстиции по Ставропольскому краю тоже воинственно бряцали доспехами в фаланге защитников Федотовой.
Государственные инстанции скрежеща зубами выгораживали мошенников наперекор общественной организации, которая больше многих в Ставрополе сделала для очищения города от коррупции. И кое-что из этого делала за счет средств, выделенных президентом. И сделала бы еще больше, если бы жулики не украли президентские деньги. Но правоохранители не торопились помочь вернуть похищенные суммы.
Где логика? Одной рукой государство поддерживает общественную организацию, а другой вставляет ей палки в колеса.
Основной конфликт, укрытый за подкладом этой неприятной истории, вовсе не в разбирательстве учредителей Протестного комитета с «плодожоркой» Федотовой. Тут все ясно.
Нас всех должно тревожить противостояние честной позиции общественников с жуликоватой линией правоохранительных ведомств, которые по-разному прочитывают послания президента.
Президент Медведев начал борьбу с коррупцией. Пока что он опирается лишь на ресурсы силовиков да чиновников, надеясь, что они помогут ему достичь поставленной цели.
Ой ли?
Василий КРАСУЛЯ
|
|
.gif){kind=small}
.gif){kind=small}
.gif){kind=small}
